Ствол и ветки плакучей ивы удобно изогнуты – в самый раз вместить два, а то и три детских зада. Хотя кого я обманываю? Бывало, и впятером помещались. Сейчас я здесь одна. Сижу на самой высокой развилке, болтаю ногами. Шершавый ствол подпирает спину. Светло-зеленая бахрома веток свисает вокруг воздушным абажуром. Меня не видно. Но мне видно все. Справа просвечивает старинное здание с разноцветной черепицей на башенке-пирамидке, в нем – детский сад. Впереди качели и павильон. Сзади – каштаны с приткнувшимся к ним ломбардом и наш дом.

​

Чтобы попасть на иву, надо перелезть через ограду детского сада. Но ее высота не такая заманчивая. Это как смотреть на двор из чердачного окна: никаких тайн, никаких «вдруг».

 

Нет, из уютного ивового гнездышка мир гораздо интереснее. Выбираю глазами одну ветку, растрепанную и гибкую, точно Машка с гимнастики, которая легко, не то что я, делает мостик. Слежу за пушистой дугой вверх, вверх.

 

Небо темнеет, вползает в крону прохладными пятнами, и ветка словно убегает от него. Петляет, толкает соседок, натягивается тетивой… Я хватаюсь за ствол. Что-то странное творится с моим деревом. Оно стремительно уменьшается – или я отдаляюсь от него? – пока не превращается в зеленую мигающую точку. Их много, этих точек. Выстраиваются вдоль морей и материков в причудливую линию, и конца ей не видать.

 

Я прищуриваюсь, вглядываюсь то в одну, то в другую. На короткий миг удается их приблизить: каждая – дерево. Вот старый эвкалипт у ворот армейской базы, и на нем я в серой униформе. Вот фикус с лабиринтом стволов в незнакомом приморском городе. И я – в очках! – вишу на толстой нижней ветке. Сосна в парке – опираюсь на нее рукой. Какой огромный живот, мамочки! Ель, сирень, сосна, каштан… Точки мигают, подмигивают: всему свое время. 

 

Шершавый ствол ивы подпирает спину. Ветки покачиваются, шепчут. Я в начале маршрута. Все будет хорошо.