ПУГОВИЧНАЯ МОЗАИКА: Пер Гюнт и прорыв

В моем писательском феврале много крупных пуговиц. Обычно я стараюсь соотносить их размер с текстом. Писала полтора часа – беру большую, десять минут – мелкую.

Но на этот раз размер отражает, сколько я билась над главой: часто полчаса работы выливались в одно предложение и десяток стертых. На каждый затык есть прорыв, твердила я. И пришивала еще пуговицу.

А если попробовать писать с музыкой, как когда-то? В «Гораскопусе» Вики Ройтман (да, книга до сих пор меня не отпускает!) упоминается Горный Король. И я решила переслушать сюиту Грига «Пер Гюнт».

Впервые я ее услышала в четвертом классе. Не знаю, была ли она в школьной программе. Вряд ли. Думаю, наша учительница музыки, прозванная Шваброй из-за своего телосложения, знакомила нас с тем, что нравилось ей самой.

Сюжет за тридцать лет забылся, и я погуглила пьесу Ибсена. Удивилась, как щедро она усыпана персонажами. Глаз выхватывал знакомые имена: Озе, Сольвейг, Анитра. В конце списка, после троллей, троллиц и троллят, вспыхнуло еще одно – Пуговичник с ковшом, в котором он переплавлял души людей-неудачников, словно бракованные пуговицы. Нет, мой текст не попадет в твой ковш!

Я открыла 25-ю главу и включила «Пер Гюнта». Возможно, музыка и была тем недостающим витамином, без которого не действуют творческие ферменты. Возможно, необходимым ингредиентом стал адреналин.

Потому что примерно на «Пещере Горного Короля» стало ясно: опять началась война.

Так или иначе, 25-я глава улетела к редактору.

#пишу_и_шью несмотря ни на что.