КОГДА НАПАДАЕТ ЗОЛУШКА

Пыль на столике с елочкой маскировалась под опавшие с веток серебряные блестки. Пора бы убрать, подумала я, отослав Лене очередной кусочек 24-й главы. По-быстрому. Отнесу елочку в кладовку, вытру пыль и сяду за пост. Нет, сначала за рассылку. Или все-таки за пост?

Очнулась я в позднем среднечасовье, когда минуло и время дневного сна, и третьей чашки кофе. Без написанного поста, без рассылки. Зато с чистой гостиной, из которой наконец-то уехали два чемоданчика с реквизитом дочкиных соревнований: бижутерия, запасные перчатки, накидка, тапочки, макияж, аптечка, спрей-антистатик… 

Позади чемоданов открылись  залежи сношенных танцевальных туфель и их пустые коробки. Коробки вынесла, туфли – ну, вы же знаете, танцовщицы никогда старые туфли не выбрасывают. Дырявые, заклеенные, с убитыми каблуками – не важно. Выбросить пару – это как стереть кусочек своего пути. В общем, туфли надо где-то хранить.

Пришлось заглянуть к дочке в комнату. А там… завалы доковидной эпохи. Тут бы мне и остановиться, но на меня напала Золушка, как говорит моя кузина. От комнаты к комнате, от шкафа к шкафу – книги, одеяла, старые куртки, армейские сумки… Ах, да, надо же попробовать моющий пылесос, подаренный «Клалит» на 20-летие работы. Детей дома не было, и некому было остановить мой штурм. Милки грустно наблюдал, не решаясь сойти с нового пухленького пуфика.

Финальный штрих: ставлю в освободившийся угол гостиной бабушкину швейную машинку. Ибо природа не терпит пустоты, а дети тем более. Лучше первой занять свято место. И вот сижу, пишу этот текст, а боковым зрением ловлю силуэт машинки. Дорогая Золушка, если ты не против, в следующий раз займемся подставкой от Зингера.